Второй бой Добрыни со змеемъ — Освобождение княжны Забавы

Русския народныя былины.

Добрыня Никитичь.

По сборникамъ Кирши-Данилова, Кирёевского, Рыбникова и Гильфердинга.

М о с к в а.
Типография Вильде, Малая Кисловка, собственный домъ.1897

А не темныя ли темени затемнели,
А не черные тутъ облаци попадали,
Летить по воздуху люта змёя,
Летёла же змёя да черезъ Кіевъ-градъ.
Ходила тутъ Забава дочь Путитична;
Она съ мамками да съ няньками
Во зеленомъ саду пулятиться.
Подпадала тутъ змёя было проклятая.
Ко той матушкё да ко сырой землё,

Ухватила тутъ Зубаву дочь Путягичну,
Во зеленомъ саду да ю гудяючи,
Во свои было во хоботы змъиные,
Унесла она въ пещерушку змъиную.
Тутъ Солнышко-Владимиръ столько-кіев-скій

По три дня онъ бьлиць-волшебницъ скликивалъ:
Кто бы могъ съъздить во чисто поле,
Кто бы могъ достать Забаву дочь Пу-тягичну.

Какъ проговорить Алешенька Левонть-евичъ:
— „Ай ты, Солнышко-Владимиръ столько-кіевскій,
„Ты накинь ка эту службу на Добры-нюшку,
„На молода Добрынюшкъ Никитьевича;
„У него то со змъей заповѣдь положена:
„А не ёздить болѣ во чисто поле,

„На тыл горы Сорочинскія, —
„Не топтать то малыхъ змѣеньшей. —
„А змѣѣ не леталь да на Святую Русь,
„Не полопить ей да людей русскихъ.
„Не полопить ей до людей русскихъ.
„Онь достиетъ намъ Забаву дочь Пу-
татичну,

„Безъ бою безъ драки-кроволитія“.
Какъ пошелъ Добрыня, закручинился,
Онь повѣсилъ буйну голову,
Утопилъ онъ ясны очи во сыру землю.
Какъ проговорила Добрынина матушка,
Причесна вдова — Аеимья Александро-
вна:

— „Ай же ты Добрынюшка Никитьевичъ,
„Что же ты, Добрыня, закручинился? —
„Али мѣсто тебѣ было не почину,
„Али чарой на пиру тебя пообнесли,
„Дуракъ на пиру да насмѣялся де?“—
Испроговорить Добрыня родной матушкѣ:

— „Мьего миё было вёдь по чину,
— Чарок меня да не пообнесли,
— А дуракъ то на ияру не насмёялся де.
— Какъ Солнышко-Владимиръ столько кі евскій

Онъ накинулъ миё да службу вёдь великую:
— Что съёздить миё далече во чисто поле,
— Сходить на тую гору Сорочинскую,
— Сходить во нору глубокую,
— Лостать де князеву племянницу;
— Молоду Забаву дочь Путятичну“ — Испроговоритъ Добрынюшкина матушка:
— „Богу ты молясь, да спать ложись,
— Буде утро мудренёе буде вечера,
— День у насъ же буде тамъ прибыточенъ,
— Ты пойди-ка на конюшню на столицую,
— Ты бери коня съ конюшеньки стольня,
— Ватюшковъ же конь стоитъ да дёдуш-

„А стоитъ бурка пятнадцать лѐтъ,
„По колѐнъ въ наземъ же ноги призд-рощень!
„Дверь по поясу въ наземъ зарощена“. — Приходилъ тутъ Добрыня сынъ Никить-евичъ

А ко той ли ко конюшенкѐ стоялый,
Повыдернулъ же дверь онъ вонъ изъ назему,
Конь же ноги изъ назему да вонъ вы-дергивалъ.

А беретъ же тутъ Добрынюшка Никить-евичъ.

Беретъ Добрынюшка добра коня
На ту же на узду да на тесмяную,
Выводилъ изъ конюшенки стоялый,
Кормилъ коня шпеною бѐлозрой,
Поилъ питьями медвяными.

Онъ вставалъ по утрушку раненненько,

Умывался по утрупку бёлешенью,
Снаряжался хорошёхонько;
Обсёллаль онъ дёдушкова добра коня,
Садился скоро на добра коня;
Провожала его родная матушка,
На прощаньице ему плетку полала,
Полала тутъ плетку шимахинскую.
О семи шелковъ да было разныихъ,
Сама говорила таково слово:

—„Когда будешь далее во чистомъ полё,
„На тыихъ горахъ Сорочинскихъ,
„А притончешь то всёхъ младыхъ змёе-нышей,
„Подточать у бурки они да щегочки,
„Такъ возьми ты плеточку шелковую,
„Бей бурушку промежду ушей;
„Станетъ бурушка-кавурушка подскаки-ватъ,
„А змёенышей отъ ногъ отъ да отряхи-ватъ,

Пригонять всякъ до единаго“.
Тутъ простилася да воротилася.
Вилли тутъ Добрынюшку да сядучи.
А не вилли тутъ удалаго погнучи.
Не дорожкою пойхалъ, не воротами,
Черезъ ту стыну пойхалъ городовую,
Черезъ тую было башню наугольную,
Онъ пойхалъ по раздольицу чисту полю;
Да онъ въ день ёхалъ по красну по сол-
вышку,
То онъ въ ночь ёхалъ по свётлому по
мёсяцу,
Онъ подъѣхалъ къ горамъ да Сорочин-
снимъ,
Да сталь ёздить по раздольицу чисту
полю,
Сталь онъ малыихъ змёенышей потапты-
вать.
Онъ прогіздилъ цѣлый день съ утра до
вечера.

Притопталь да много-множество змёёны-
шей,

Подточили то змён коню подъ щеточки,
И услыхаль молодой Добрынюшка,
Его добрый конь да богатырский
А сталь на ноги да конь припадывать;
То молоденький Добрынюшка. Пикитьевичь

Береть цветочку шелкову во бёлы руки,
То онъ биль коня да-й богатырскаго,
Первый разъ его ударилъ промежду ушей.
Его добрый конь да богатырский
По чисту полю онъ сталъ помахивать,
По колёна сталъ въ земельщику потрязывать,

Изъ земельщики сталъ ножки онъ выхва-
тывать,

По сёвной копиё земельки онъ вывер-
тывать,

За три выстрёла онъ каменный откидывать;

Онъ скакалъ да по чисту полю помахиВалъ;

Онъ змёенышей отъ ногъ своихъ отряхивалъ,

Потопталъ всёхъ малыхъ змёенышей,

Притопталъ онъ всёхъ да до единаго.

Какъ ивъ норы да изъ глубокія

Выходило змёнице-Горынище,

Выходила змія дата проклятая,

Сама говоритъ да таково слово:

— „Какъ у насъ съ тобой была заповёдь

положена,

„Чтобы не ёздить тебе боль во чисто

поле,

„На тую гору Сорочинскую,

„Не топтать ти малыхъ змёенышей,

„Моихъ же роженныхъ малыхъ дётушекъ!“

Испроговорить Лобрыня сына Никить-евичъ:

— „Ай же ты, змья, да ты проклятая,
„Ты зачьи летьла через Кіевъ-градъ,
„Зачьиъ ты взяла у насъ княжеву пле-мянишу,

„Молоду Забаву дочь Путятичну?
„Ты отдай-ка мне Забаву дочь Путятичну
„Безъ бою, безъ драки-кроволитія!“

Не отдавала она безъ бою, безъ драки-кроволитія,

Заводила она бой-драку великую,
Да большое тутъ съ Лобрыней крово-литіе.

Бился тутъ Лобрыня со змьей трои сутки,
А не можетъ онъ побить змью проклятую;
Наконецъ хотьъ Лобрынюшка отъ ёхати,
Изъ небесъ да тутъ Лобрынюшкія да
гласъ гласить:

— „Ахъ ты, молодой Добрыня сынъ Ни-китьевичъ,

„Бился со змьей ты да трои сутки,

«А побейся,ка съ змьей да еще три ча-са!“

Тутъ побился онъ, Добрыня, еще три часа,

А побилъ змью да онъ проклятую:

Попустила кровь свою змьиную,

Отъ востока кровь она да внизъ до за-пада,

А не прижре матушка да тутъ сыра-земля

Эти крови да змьиныя.

А стоитъ же тутъ Добрыня во крови трои сутки,

На конь силить Добрыня, пружахнется,

Хочетъ тутъ Добрыня прочь отъъхати,

Изъ небесъ Добрынъ снова гласъ глаСИТЪ:

„Ай ты, молодый Добрыня сынъ Никитьевичъ,

„Бей-ка ты копьемъ да бурзамецкiимъ

„Да въ ту же матушку сыру-землю,
„Самъ къ землъ да приговаривай:
„Разступись-ка ты же, матушка сыра-
земля!

„Ты прижри-ка эту кровь да всю змъ-
мную!“

Сталь же битъ да во сыру землю;

Самъ къ землъ да приговаривать.

Разступiлюсь было матушка сыра - земля

На всъ на четыре да на стороны,

Прижрала да кровь въ себя змъмную.

Опускается Добрынюшка съ добра коня,

Сошелъ во нору во глубокую:

Тамъ много князей, бояровъ,

И много русскихъ могучiихъ богатырей,

А мелкой силы и смъты нътъ.

Испроговорить Добрыня сынь Цикить-евнуь:

— „Теперь вамъ да воля вольная!“

А выводить Забаву дочь Путятичну

А изъ той было пещерушки змѣинья,

Да выводить онъ Забавушку на бѣлыґе свѣтъ.

А садился тутъ Добрыня на добра коня,

Браль же онъ Забаву дочь Путятичну,

А поѣхалъ тутъ Добрыня по чисту полю.

Испроговорить Забава дочь Путятична:

— „За твою было великую за выслугу

„Назвала бы я тебя нынѣ батюшкой,

„Да назвать тебя, Добрыня, нынче не можно!

„За твою было великую за выслугу

„Я бы назвала нынѣ братцемъ да роднмыимъ.

„А назвать тебя, Добрыня, нынче не

можно!

„За твою было великую за выслугу
„Я бы назвала ныне другомъ да люби-
мыимъ,
„Въ насъ же вы, Добрынюшка, не влю-
битесь!“

Говорить же тутъ Добрыня сынъ Ни-
китьевичъ:

— „Ахъ ты, молода Забава дочь Путя-
тична.
„Вы есте роду княжепецкого,
„Насъ нельзя назвать же другомъ да лю-
бимыимъ!“

Да-й пойхалъ-то Добрыня въ стольный
Кіевъ-градъ,
Онъ пріёхалъ, къ князю на широкий
дворъ,
Да-й сходилъ Добрыня со добра коня,
Опускаетъ онъ Забавушку Путятичну,
Да повелъ въ палаты бёлокаменны,

Да онъ подалъ князю ю Владиміру Во его во бѣлыя во ручушки. А тутъ этой старинушкѣ славу поютъ.